Современная культура претерпела явные изменения, так в начале ХХI века возник феномен «лакшери культуры» в рамках «элитарной культуры». «Luxury» (лакшери; англ. «роскошь, предмет роскоши»). Представители этого направления является как собственно элита современного общества (политики, финансисты, топ-менеджеры, «звёзды эстрады» и др.), так и «нувориши» («псевдоэлита»), для которых главное – это внешняя сторона жизни, а цель – получить «лучшее». Для представителей этого аспекта «элитарной культуры» главные критерии – это:

1) модный бренд;

2) высокая цена и высокое качество;

3) индивидуализация вещи, её уникальность;

4) стандартизация поведения, строгий этикет (в основном корпоративный);

5) «лакшери культура» направлена исключительно на процесс потребления.

Мотивация потребления – получения особого статуса в «высшем обществе» за счет «элитности» внешней стороны жизни (например, одежда от «Версаче», часы от «Rolex», обувь от «Кристиана Лабутена», автомобиль «Феррари» и т.д. и т.п.). Без этих «атрибутов» невозможно быть представителем «лакшери». Вступая в «мир лакшери», человек обретает зависимость от «этого мира», что часто приводит к психологическим патологиям: вещизму, шопоголизму. Этическая составляющая «лакшери культуры» базируется на принципе «двойственной морали», т.е. к себе подобным представители «лакшери культуры» уважительны, к людям вне «этой культуры» они выражают презрение. В «мире лакшери» появляется гипертрофированное понимание красоты тела, «нарциссизм», желание «улучшить себя» с помощью «эстетической косметологии».

Однако в «лакшери культуре» есть и позитивная составляющая – это желание получить качественное образование, хотя в основном – это образование не ради знаний, повышения интеллекта, а для «статуса», авторитета. Еще один момент – это благотворительность, которой занимаются некоторые представители «лакшери культуры», но часто «благое дело» становится саморекламой.

Главная цель представленных тезисов – это постановка актуальной проблемы, т.к. феномен «лакшери культуры» еще не подвергался научному, культурологическому осмыслению. Важно, чтобы новый феномен обрёл гуманитарную составляющую [1, с. 110–120].